Стоял летний день, но было ветрено и холодно. Мы с женой и дочкой уже минут двадцать томились на остановке в ожидании автобуса, когда к нам присоединилась молодая мама. На вид ей было не больше восемнадцати лет. Она никак не могла унять плач ребенка. Да и со своего лица украдкой смахивала слезы. Мы осторожно поинтересовались у молодицы, что случилось. И ее прорвало:
— Он выгнал нас из дома, сказал, иди куда хочешь! И ни копейки не дал! Жадина! Чем сыночка кормить? А у меня молоко пропало! Куда идти, родных в городе нет…
Кое-как мы выпытали у девчонки, что отец ребенка — приезжий с Кавказа. Живет в городе без прописки, торгует овощами на рынке. Сама же юная дуреха приехала из деревни и училась первый год на маляра-штукатура в строительном училище. Видимо, девчушка не представляла, что от горячей любви горца может появиться дитя. Тогда не было ни интернета, ни смартфонов, чтобы почитать интересующую информацию.
А утром кавказец устроил сцену ревности: мол девушка заявилась на рынок и на его глазах заигрывала с его соплеменниками. На самом же деле молодая мама пришла попросить денег на еду и новые пеленки для их сыночка.
Выслушав эту историю, мы тут же предложили девушке:
— Поедем сегодня к нам. Покормишь малыша, переоденешь — у нас пеленки от дочки остались. Твой крепыш, наверное мокрый, вот и плачет. А завтра что-нибудь придумаем…
— С-с-сухой, — все еще всхлипывая, мама ощупала сына в коляске. — Просто он голодный. Я и сама с утра ничего не ела…
Повезли мы незадачливую мамашу с ребенком в свою кооперативную квартиру на первом этаже, дома накормили всех, благо и молоко, и манка у нас тогда были в запасе. Потом спать уложили.
А утром ни свет ни заря услышали крики под открытой форточкой:
— Я знаю, что ты здэсь! Мнэ люди сказали! Женшына далжна мушыну слушать! Выходы! Слышь, женшына! Гаварыть будем! Ты ничаво нэ понимаешь про кавказскую любоу и рэунась!
Мы уговаривали молодую маму не возвращаться к такому неуравновешенному мужчине. Но для нее подобная ситуация была не впервой, поэтому она была рада, что ее позвали обратно, наскоро покормив дитя, гостья поблагодарила нас за приют и ушла с сыном. С собой мы дали ей чистые пеленки, колготки и бутылочку с молоком. Как сложилась судьба этой девушки, мы не знаем, потому что больше с ней не встречались.
