Что-то не ладилось в семье у Стаса: не стало того запала, что был прежде. Да и жена не горела, даже не злилась. когда задерживался. В общем надо подумать, прикинуть, как жить дальше. Санаторий был для размышлений идеальным местом. Первая неделя пролетела незаметно. Процедуры, бассейн, тренажерный зал — оглянуться не успел, как вышел на финишную прямую. Съездил в соседний монастырь — да, красиво,
благостно. Но не то, все это…
— Марианна Петровна, вы случайно не в этих местах родились-выросли?
— В этих, — вскинула она на Стаса зеленые глаза. — А что такое?
— Да так, вдруг местные достопримечательности развеют скуку?
— Может быть, — врачиха загадочно улыбнулась. — Покажу вам место. После обеда у входа, только не опаздывайте.
…Сначала они шли вдоль леса, деревня замелькала заметенными дворами. Постояли на краю горки, полюбовались зимними красотами и пошли к избе. Вдруг Стас почувствовал в своей ладони её маленькую ладошку. Тут та-акое с ним началось. Горячая волна покатила по всему телу, даже почувствовал, как влагой покрылся под свитером. И такое невыносимое желание подняло его плоть, что хоть волком вой и заваливай докторшу на голую лежанку. А она подвела Стаса к лежанке, распахнула длинную шубку, а под ней только чулки на кружевных резинках. Стас рыкнул от вожделения и, закрыв глаза завалил таки врачиху на голые доски. Она постанывала, вскрикивала, а то и кричала во весь голос от сладости момента. Он оторваться от нее не мог. За одной огненной волной накатывала другая, потом третья — и все без перерыва. Словно морок на него навалился со страшной силой и не отпускал. Когда очухался, врачихи в избе уже не было. Встал, потер виски, оделся и пошел в сторону санатория. В номере упал на кровать и проспал до утра.
…Утром он лежал и улыбался: «Хорошо — то как!» И не мог понять, что же это такое было. Что за изба на горе, да и врачиха? В дверь постучали, вошла уборщица — старушка с ведром. Стас обрадовался — вот сейчас-то он все выведает у старушки.
— Может вы знаете, что за гора с избушкой?
— Знаю, конечно, как не знать? Такое у нас место заговоренное: до семнадцатого года там жила баба, которую деревенские прогнали за околицу. Она мужиков самогоном спаивала. Так мужики избу ей поставили и ходили по очереди. Бабы злились, что мужики к бабе за самогоном ходили, а они совсем за другим ходили. Мужики с ней в койке расплачивались за самогон. Уж больно бабка любила это дело. Одного мужика ей не хватало на день, не то что по жизни.
— А зачем спрашиваешь? Или посмотреть хочешь? Пойдем покажу!
— Да нет, просто спросил из-за любопытства.
Старуха взяла ведро и поковыляла к выходу. Вечером Стас уже гнал свою машину в сторону города — домой, к жене. Надо привезти ее на эту самую заговоренную гору и у них опять все наладится, обязательно! Спасут семью, как пить дать!
