Живу с мужем у свекрови. В эту квартиру мы все вместе съехались недавно. Первым делом Анна Семеновна запустила свою кошку. Мальвинка куксилась, но осторожно вошла, пробежалась по всем комнатам. Вечером мне свекровь доверительно призналась:
— «Я и домового с собой прихватила. Нельзя оставлять на прежнем месте — разозлится, напакостит. В совок его посадила, потом как бы с совка спустила на пол.»
Конечно, я сглупила, хихикнув пару раз, а потом вообще рассмеявшись. Ну, какие домовые, лешие и кикиморы? Они остались в далеком прошлом, может в глухих деревнях, куда цивилизация не скоро еще доберется.
Свекровь, естественно обиделась. Хотела в моем лице найти союзницу, а я над ней посмеялась. Губки поджала и ушла в свою комнату.
Вечером я позже всех пила чай на кухне. На окошке за шторкой нашла гречневую кашу в блюдце и маленькую рюмочку с молоком. Подкармливает все-таки. Дары домовому я выбросила и выплеснула за окно.
Свекровь утром ткнула меня носом:
— А ты не верила! Смотри теперь!
Я промолчала. Только каждый день продолжала выбрасывать еду, оставленную для Яшки. Но как-то закрутилась и забыла это сделать.
Свекровь тут же заволновалась:
— Ушел от нас, заболел? Как быть? Что делать?
Заставила весь Интернет перерыть в поисках этой непростой задачи. До ночи провозилась, легла очень поздно. И уже сквозь дрему услышала тихие шаги. Чего это, думаю, ко мне Мальвинка зашла? Она от свекрови не отходит или от мужа, который в отъезде был в другом городе.
Прыгнула она ко мне на кровать неуклюже, навалилась сверху… Тут я до смерти испугалась! Не Мальвинка это! Яшка пришел меня наказывать! За свою еду, которую я выбрасывала!
Откуда только силы взялись: вскочила, заорала благим матом, кинулась в комнату свекрови… Та со сна сообразить ничего не может. Пока каплями меня отпоила, выслушала, наверное час прошел. Ругаться мы с ней не стали — решили чем домовенка задобрить. Месяц конфеты на подоконнике оставляли, шептали слова хорошие. Вроде бы успокоился. Я даже нашла одну сережку, которую он явно стащил и припрятал.
А еще пропавшую помаду и ножницы. Но, главное, Анна Семеновна стала мне родным человеком. Вначале нас Яшка с ней поссорил, а после — помирил. Так что про домовых — беру свои слова обратно. Водятся они и в городах, дружат с добрыми людьми и очень не любят злых.
