— Почему моя любимая кружка стоит на окне? Я же просила не трогать ее, разве это так трудно, просто не трогать мою кружку. — Вера Васильевна поджала свои тонкие, бесцветные от возраста губы и несколько раз обиженно вздохнула.
— Я не трогала вашу кружку, — пожала плечами Тамара. Сами, наверное, туда и поставили. А теперь на меня ворчите, только настроение с утра портите.
— Я еще из ума не выжила! Вскрикнула Вера Васильевна. — Говорила тебе, Петенька, не женись на этой грубиянке! Вот выбрал бы Олечку Иванову, уже три квартиры в городе имел.
— Ну, во-первых, Олечку твою я не любил, — улыбнулся Петр. — Во-вторых, три квартиры у нее от покойных мужей достались. Думаю, мне повезло, что я не в их числе, а главное, я бы без своей Томочки никогда не был бы так счастлив, — он обнял жену, поцеловал ее в щеку. — Девочки мои любимые, не надо ссориться, я вас обеих очень люблю. Вера Васильевна улыбнулась и махнула рукой:
— Может, и правда, сама поставила, потом грозно нахмурила брови и спросила: Или все-таки Тамара?
Петр и Тамара переглянулись и громко рассмеялись. Жили они в любви и согласии уже 32 года. Как вернулся Петр со службы в армии, так больше не расставлся со своей Томочкой, которая его верно ждала все два года. Свадьбу уже через месяц сыграли. Тамарины родители в Петре души не чаяли, а вот Вера Васильевна сразу была против. Очень ее обидело, что сын не захотел на дочери начальницы жениться. Растила она его одна, без мужа. Отец Пети бросил их, когда сыну всего три года было. Замуж больше не вышла. Всю себя сыну отдала, мечтала, что он после службы в институт поступит, в город из их маленького поселка уедет и ее перевезет. Но Петр вырос и поступил по-своему: приехал и сразу женился на своей любимой Томе, с которой с седьмого класса дружил. Выучился на водителя и устроился в совхоз работать на грузовике. Хорошо, хоть уважаемым человеком стал, не стыдно матери односельчанам в глаза смотреть.
Жену свою Петя привел в свой дом. Попросил с невесткой быть поласковее. А девушка, словно котенок, несмотря на ворчание и придирки свекрови, оставалась мягкой и кроткой. И суп приготовит, какой свекровь любила, и с годовалой Наташкой будет два часа во дворе сидеть, чтобы свекровь после обеда могла два часа поспать спокойно. Зато муж любимый на ласку не скупился. Сполна одаривал лаской и заботой. И всегда старался примирить маму и жену, что у него обычно получалось. Вера Васильевна прекрасно знала, что и ее сын очень любит.
Как развалился совхоз, Петя устроился водителем в город на завод. Много лет там проработал, начальство его очень ценило. Только со здоровьем начались проблемы. Тамара и Вера Васильевна переживали за него, уговаривали в больницу на обследование лечь, но Петр отнекивался. Не мог признаться, что очень боялся врачей и уколов. Но в один майский день уехал на работу, а обратно уж не вернулся. Петр на скорости съехал с дороги в овраг, даже не пытаясь тормозить.
…После похорон в доме Дубровиных было тихо. Вера Васильевна и Тамара почти не разговаривали. Они сидели по своим комнатам и со слезами вспоминали о Пете, которого любили больше жизни. Наташа, которая приехала проводить папу, хлопотала по дому, что-то готовила, уговаривала покушать маму и бабушку. Потом уехала домой.
Оставшись вдвоем сноха и свекровь даже растерялись. Они не знали, как теперь им жить. Тамара боялась первой подойти к свекрови, а Вера Васильевна не могла пересилить свою гордость.
Шло время, постепенно привыкли женщины жить без Петра. Общая беда сблизила их, ссориться не было никакого желания. Как-то в самом начале лета позвонила Наташа:
— Мам, нам предложили работу в Германии. И мне, и Олегу. Хорошую, с большой зарплатой. Язык мы уже выучили. Вовка сейчас только в четвертый класс перешел. Не хотелось бы его везти в чужую страну. Ребенка брать с собой страшновато. Может поживет он у вас пару лет? Да и любит он своих бабушек. Я как спросила его, поедет ли к вам, так аж запрыгал от радости. Тамара сказала, что Вовочке они всегда рады. К тому же веселее в доме станет.
Прошло шесть лет. Вова учился в десятом классе. Парень ни за что не хотел уезжать из поселка. Он уже не представлял, как бабушки будут справляться без него.
— Тамара, где моя серебряная ложка? Опять в сервант убрала? Вера Васильевна пыхтела носом и грозно хмурила брови, глядя на невестку. Тут Вова по очереди быстро поцеловал своих любимых бабушек и сказал:
— Вы у меня самые замечательные бабушки, не ссорьтесь, а то уеду к маме с папой, хотите? Женщины испуганно замотали головами, а потом дружно рассмеялись. И на душе у всех стало легко и радостно.
— Копия деда, — восхищенно сказала свекровь и легонько толкнула Тамару, — правда, дочка?
Как же хорошо, когда кто-то вас очень любит!
