В «предбаннике» морга стоял запах нашатыря. Какие-то люди суетились около пожилой женщины.
Я приехала на интервью к питерскому судмедэксперту, но он вздохнул:
— Извините, в другой раз… На трассе грузовик протаранил «Газель». Много жертв. На опознание родственники пришли…
— Анисимова? Дарья Сергеевна? Проходите!
Она оглянулась и шагнула вперед. Вышла не скоро. Лицо белое. Словно только сейчас, увидев тела мужа и сына, поняла: все случившееся — правда. Как жить с этим?
Сделала шаг, рванула к окну и, истерически смеясь, с остервенением стала дергать за ручку. Рядом оказался мужчина. Схватив женщину в охапку, он хлестко ударил ее по щеке.
— Вы кто? — выдохнула Даша.
— Меня зовут Макс. Простите, у вас истерика. Иначе было нельзя. Надо держаться!
Потом санитар вызвал Макса. Услышав свою фамилию мужчина напрягся и шагнул в дверь. Горе ломает многих. Пять лет назад у подруги утонул сын. Чудный 18-летний мальчик, подающий надежды поэт. Гибель ребенка она переживала страшно…
После опознания Макс вышел серым, но держался, подошел к ослабевшей Даше:
— У меня машина, могу подбросить до дома, — предложил он.
Ехали молча. Даша безучастно смотрела в окно, за которым мелькали редкие деревья.
Погруженная в собственные мысли, Даша и не заметила, как приехали. Она закрыла глаза, а сердце продолжало стучать. Даша медленно осела на землю.
Говорят, что жить прошлым неправильно. Даша громко кричала по ночам, звала своих любимых, и соседки по палате звонили сестричке:
— Анисимовой опять плохо…
В тот злополучный вечер после опознания, когда Даша упала возле его машины, Макс
сам отвез ее в больницу. На другой день положил пакет с фруктами и пошел к выходу.
Теперь Макс приходил в больницу каждый день. Они говорили о какой-то ерунде, а иногда просто молчали.
— Вас врач спрашивал, — остановила как-то Макса медсестра.
Зав. Отделением встретила Макса настороженно:
— Вы, вероятно, друг. Это хорошо. У Даши на фоне стресса развилось нервное расстройство. Нужна помощь психиатра. Завтра выписка. Но одной ей жить пока нельзя, понимаете?
В день выписки Макс повез Дашу к ней домой. По дороге заехали на кладбище, где похоронены жертвы страшной аварии. Долго стояли молча. Он — у своих любимых.
Она — у своих. Потом Макс осторожно взял руку Даши:
— Холодно. Ты еще слабая, простудишься.
Она покорно села в машину. И также поднялась к себе на этаж. На пороге оглянулась.
Макс спускался вниз, чтобы ехать домой. Он поднял голову, их глаза встретились.
В потемневших от горя ее глазах он прочитал такую мольбу, что бросился к Даше:
— Тебе нельзя одной. И мне нельзя. Поедешь ко мне. Будем жить вместе. Не думай ничего такого. Мы пока нужны друг другу. Вместе надо держаться. Ну, как друзья.
И Даша покорно пошла за ним по лестнице к машине.
Эпилог. Два года они живут вместе как соседи, во всем помогая друг другу.
Кто-то давно считает их счастливой парой. А они никогда не были близки. Будут ли?
Останутся ли вместе два одиночества? Покажет время.
