За окном середина марта. Стало теплеть. Пахло весной, солнце пригревало, и очень уж хотелось убежать от городского гама, раствориться в тишине.
Склон был не очень крутым и Никита без опасений начал спускаться. Все произошло быстро, он даже не понял, как очутился в глубоком овраге. Лыжи были сломаны. Никита попытался подняться, но вдруг вскрикнул от резкой боли в ноге. Страшно не было: в рюкзаке лежит мобильный, можно вызвать помощь. Он достал телефон: разбился!
И тут Никита осознал весь ужас своего положения. Овраг расположен далеко от шоссе. Дачные домики в это время безлюдны. Получается, помощь ждать неоткуда.
Надо выбираться самостоятельно. Попробовал ползти, но боль в ноге вспыхнула с новой силой — и он закричал от отчаяния.
Вдруг ветки кустов зашевелились — и оттуда показалась… волчья морда. Голодные желтые глаза глядели злобно. Волк затаился и оценивающе уставился на Никиту. В лучах заходящего солнца сверкнули клыки.
Никиту охватил дикий ужас. Он закричал. Волк с удивлением зыркнул на человека, опустил голову и медленно поднялся.
Некоторое время зверь и человек наблюдали друг за другом. Близились сумерки. Никита стал замерзать. А еще очень хотелось есть.
Осторожно, чтобы не шуметь, он открыл рюкзак и достал бутерброд. Волк мгновенно вскочил на лапы и уставился на парня.
— Что, зверюга, голодный? — осмелел Никита и бросил ему бутерброд.
Волк поймал на лету угощение и проглотил его. Потом еще немного постоял и снова закрыл глаза.
Сумерки плавно перетекли в ночь. Мороз крепчал. Вдруг он почувствовал тяжесть на груди и запах шерсти. Повернул голову и вздрогнул: на него смотрела свирепая морда. Дыхание зверя согревало щеку. Никита почувствовал, как волк начал облизывать его лицо. Затем лег рядом и тесно прижался. Стало теплее.
— Спасибо, серый… — прошептал Никита. — Так ты не будешь меня есть?
Никита лежал и смотрел на небо. Волк тихо вздыхал рядом. И вдруг вскочил, лизнул парню нос и растворился в темноте.
— Серый, ты куда? — Не оставляй меня!
От отчаяния парень заплакал.
А через некоторое время послышался собачий лай.
— Помогите! Я здесь, в овраге!
— Как тебя угораздило? — услышал он мужской голос. — Потерпи немного, сейчас остальных позову. Найда, Бушуй! Охранять!
Остаток ночи Никита помнил с трудом. Очнулся он на кровати. Рядом на полу лежали две собаки. Завидев, что парень открыл глаза, животные подняли визг.
— Ну что, проснулся? — Со вторым днем рождения! Я сторож на дачных участках.
— А волк где?
— Какой волк? Отродясь у нас волков не было. Я шел ночью, а тут Серый в ноги кинулся и давай тащить. К тебе и привел.
— А Серый — это кто?
— Серый -это пес. Я его по первости за волка принял. Кум говорит, что это помесь маламута с овчаркой.
Никита улыбнулся.
— А можно я его к себе заберу? Он ведь мне жизнь спас.
— Бери, пожал плечами сторож.
— Он добрый и верный, — прошептал парень. — Я его Волком назову.
Домой Никита возвращался не один. Пес весело семенил за ним, иногда обгоняя и преданно заглядывая в глаза, словно говоря:
— Не бойся, теперь у тебя есть я!
