Когда Никита, родной брат моего мужа, жил в Бельгии и приезжал к нам в гости раз в год, мы были лучшими друзьями! И его жена Вика казалась мне лапочкой: мы могли часами болтать по скайпу. Правда, когда они с Ником приезжали в гости, наши отношения становились прохладнее. Все-таки четверо взрослых людей на пятидесяти квадратах — это не так весело. Три года назад, когда мы с Антоном поженились, его родители предложили нам жить в их квартире. Сами они недавно вышли на пенсию и планировали переехать в село недалеко от города. Мы были счастливы: после однушки, которую приходилось снимать до свадьбы, двухкомнатная квартира казалась царскими хоромами. Но была загвоздка: жилплощадь принадлежала не только Антону, но и Никите.
— Да не переживай, Тоха, — успокаивал тот брат по скайпу. — Я все равно возвращаться в Россию не планирую, так что живите! Потом, может продадим отчий дом, а денежки пополам поделим. Антон кивал, соглашаясь, но однажды озадачил меня заявлением: квартиру продавать не станем, а лучше отдадим Никите его долю. Я согласилась. И вот чуть больше двух лет мы старательно копили, экономя буквально на всем. Конечно, не обошлось без помощи родителей, но в итоге положенную сумму Нику мы отдали. Признаюсь, с самого начала скептически относилась к этой затее: Никита, работающий айтишником в брюсселе, не создавал впечатление человека, нуждающегося в деньгах. Но я знала своего мужа и понимала: если он принял решение, спорить бесполезно. И вот в прошлом году квартира наконец официально стала нашей. Это событие мы решили отметить оригинально — принесли в дом маленький голубой сверток, который назвали Максимом.
В честь такого события заграничные родственники навестили нас, привезя племяннику в подарок… погремушку. Грех жаловаться: ребята они классные, просто детишек у них еще нет, вот и не заморачиваются. Напрягло другое — приехав в гости, Вика и Ник вели себя как дома: всюду разбрасывали вещи, оставляли в мойке грязную посуду, а возвращались поздним вечером, громко переговаривались и смеялись, будто забывая, что у нас ребенок.
— Глубоко вдохни и успокойся, — повторяла я себе, словно мантру. — Через пару дней они уедут, и вы снова станете лучшими друзьями.
Так оно, в общем-то, и получилось. Чем больше пролегало между нами километров, тем крепче были родственные чувства. В прошлом месяце у Максика начал прорезываться первый зуб. Спеша поделиться этой новостью с братом, Антон набрал Ника.
— У нас для вас тоже офигительная новость! — закричал тот в микрофон. — У меня через две недели заканчивается контракт, продлевать не хочу. Да и Вике предложили открыть в столице салон красоты. А это ведь ее мечта!
— Супер, — ошарашенно пробормотал муж. — В смысле… я очень рад за вас.
…Приехав через пару недель, Ник и Вика сообщили, что пока поживут у нас.
— Все, что заработали, мы вложили в салон красоты, который подруга Вики открыла. Так что мы пока на нулях.
Вместе с горой вещей, из-за которых жилище стало походить на рыночный склад, родственники привезли заграничные привычки: не снимали дома обувь, поздно ужинали, редко мыли руки. И это в то время, как по квартире ползал ребенок!
— Ребята, я вас снова попрошу разуваться в доме. Максик ползает по полу и все тянет в рот!
— В Брюсселе никто не снимает обувь, — пожала плечиком Вика.
— Вот и оставались бы в своем Брюсселе! — не выдержала я.
— Поговори с братом, пусть задумаются о своем жилье! — шипела ему в темноте спальни. — Сколько будем терпеть?
Точка кипения произошла спустя полтора месяца совместного проживания. У сына резались зубки, половину ночи он не спал, а едва мы его успокоили, как в квартиру ввалились нетрезвые родственники, еще гостей с собой привели! Кто-то в прихожей громко хохотнул. Максим тут же жалобно заплакал.
— Никита, я хочу, чтобы через неделю вы от нас съехали, — дрожа от злости, заявил Антон.
Ник и Вика уехали через три дня, оставив в детской такой бардак, что мне пришлось вызывать помощницу по уборке. Прошел месяц, но мы совсем не общаемся. Недавно родители заикнулись, что Нику снова предлагают вернуться в Бельгию. Надеюсь, он примет правильное решение: когда между нами будут километры, отношения все же наладятся.
